Бизнес-конфликт на казанском медико-инструментальном заводе вылился в уголовное дело
Парень из соседней деревни
Айрат Юсупзянов родом из деревни в Арском районе. Его родители — простые рабочие — были хорошо знакомы с Нуром Шакировым, который жил в соседнем селе Старый Кишит. Поэтому, когда Юсупзянов переехал в Казань и закончил ветеринарный институт, ему посчастливилось в начале нулевых годов по знакомству устроиться на Казанский медико-инструментальный завод (КМИЗ), которым Нур Хамзинович управлял ещё с 1987-го.
Начинал земляк гендиректора с должности водителя-снабженца в дочернем предприятии, потом перешел непосредственно на завод, в отдел снабжения. «Сначала два года он проходил „жизненные курсы“, — вспоминает в беседе с „БИЗНЕС Online“ сам Шакиров. — Я долго не мог найти начальника производства: один пытался три года — ничего не получается. Второго поставил — три месяца прошло, опять ничего не получается. И тут я вспомнил: у меня же есть пацан из соседней деревни! В общем, я его туда „втолкнул“ и начал воспитывать». Юсупзянов сначала становится начальником участка, затем — начальником цеха, а после и вовсе руководит всем производством.
Айрат Юсупзянов начал работать на КМИЗе в отделе снабжения. Потом стал начальником участка, затем — начальником цеха, а после и вовсе руководил всем производством
«В один день я уволил сто жуликов, которые воровали инструменты, — рассказывает Шакиров, отмечая, что после этого вместе с Юсупзяновым они искали рабочих в деревнях, привлекали их к производству, обучали, то есть самостоятельно взращивали кадры. — И таким образом мы с ним создали производство. Скажу вам — мы создали хорошее производство. Он оказался способным молодым человеком».
КМИЗ — один из крупнейших в России производителей стоматологических и микрохирургических инструментов и полимерных изделий медицинского назначения. История завода начинается в 1931 году, а в 1992-м он в числе первых предприятий из государственного предприятия превращен в акционерное общество открытого типа. В этом году завод празднует своё 95-летие.
В состав КМИЗа как группы компаний входят несколько предприятий. Это «КМИЗ Эспорт», которая была организована как торговая структура, призванная расширить продажи в страны СНГ и дальнего зарубежья. В ГК входит и дочернее предприятие «КМИЗ Луч» — это комплекс по стерилизации медицинских изделий. В КМИЗе называют его единственным в Поволжье и самым крупным в России центром коммерческой газовой стерилизации. На сайте КМИЗа указано, что у него есть четыре дочерние фирмы: помимо «Экспорта», это «Волгамедтех», «Турбодента», «Микрохирургические инструменты», «Полимерные изделия».
По словам Шакирова, Юсупзянова он «воспитывал» 17 лет: «Из ветеринарного врача я сделал инженера. Он был моим сыном! У меня несколько сыновей было таких, как он. Но я всегда говорил — вот мой самый любимый, самый способный сын, с ним будем строить новый, капиталистический завод».
Помимо медицинских изделий, КМИЗ начал производить инструменты для маникюра, которые стали пользоваться широким спросом. Они же и стали почвой раздора
Сам Юсупзянов тоже вспоминает время работы на КМИЗ с упоением. «За время моей работы была сильно поднята культура производства, — рассказал Юсупзянов „БИЗНЕС Online“. — Мы проходили международные стандарты, несколько раз сертифицировали производство, не считая местных проверок, — я был ответственным за это. Основным моим достижением я считаю рост объёма производства: когда я возглавил производство, объём производимой продукции был около 20 миллионов, в 2024 году — 80 миллионов изделий».
Одним из успехов стало развитие нового направления — помимо медицинских изделий, завод начал производить инструменты для маникюра, которые стали пользоваться широким спросом. Но они же, забегая вперед, стали почвой раздора.
![Нур Шакиров: «Я принял их [Федотова и Юсупзянова] на работу после института, всему обучил. Дал возможность вырасти до своих заместителей, полностью им доверял, как своим сыновьям. Но в начале 2024 года мне стало известно, что они в течение нескольких последних лет похищали неоднократно денежные средства и имущество завода»](https://stcdn.business-online.ru/v2/26-05-07/81720/bophotos-268924-3-kopiya.jpg)
Нур Шакиров: «Я принял их [Федотова и Юсупзянова] на работу после института, всему обучил. Дал возможность вырасти до своих заместителей, полностью им доверял, как своим сыновьям. Но в начале 2024 года мне стало известно, что они в течение нескольких последних лет похищали неоднократно денежные средства и имущество завода»
Как замы создали «запасной аэродром»
Проблемы в отношениях молодого менеджера и почти 80-летнего гендиректора и владельца КМИЗа начались в 2022 году.
«Если человек понимает, что такое производство, если человек долго работает с людьми, у него появляется способность — он начинает понимать людей», — говорит Шакиров. Его «чуйка» подсказала, что на заводе происходит неладное… Он обратил внимание, что в казанских магазинах начали появляться боры и алмазные фрезы аналогичные тем, что производит КМИЗ. Служба безопасности завода провела несложное расследование и пришла к выводу, что их поставляет компания с названием «Абразивные инструменты» («Абри»), которая была зарегистрирована в декабре 2021 года в индустриальном парке в Богатых Сабах.
Бессменный гендиректор АО «КМИЗ» — Нур Шакиров. Он же — основной бенефициар предприятия: по данным сервиса «Контур. Фокус», ему принадлежит 26% акций. Владелицей доли в 25,6% выступает его супруга Елена Таран, 46,4% принадлежит их сыну Максиму Шакирову. Члены семьи в разных долях также владеют «КМИЗ Экспорт» (основная торговая структура завода, гендиректор — Елена Таран).
КМИЗ на протяжении последних нескольких лет снижает показатели по чистой прибыли: если по итогам 2022 года завод показал прибыль в 122,3 млн рублей при выручке в 800 млн, то по итогам 2025-го чистая прибыль упала до 7,2 млн рублей при выручке почти в 878 млн рублей. У «КМИЗ Экспорт» ситуация более благоприятная: по итогам прошлого года фирма показала чистую прибыль почти в 86 млн рублей при выручке в 1,6 млрд. Правда, при аналогичной выручке (1,5 млрд рублей) в 2023-м чистая прибыль была в два раза выше — 162,6 млн рублей.
Гендиректору завода Нуру Шакирову в этом году исполняется 80 лет. Он — кандидат технических наук, член Академии медико-технических наук. Трудовую деятельность начинал в 1963 году токарем на Казанском моторостроительном ПО, а в 1987-м возглавил КМИЗ.
Гендиректор «Абри» — Хазип Загидуллин, ему же принадлежит половина уставного капитала. Как выяснилось, это тесть Юсупзянова. Остальными 50% владеет Николай Тырлышкин. Это дед ещё одного заместителя Шакирова — Романа Федотова, который отвечал в КМИЗе за продажи.
Узнав об этом, Шакиров уволил обоих замов, сочтя такой бизнес предательством.
«Я принял их (Федотова и Юсупзянова — прим. ред.) на работу после института, всему обучил. Дал возможность вырасти до своих заместителей, полностью им доверял, как своим сыновьям. Но в начале 2024 года мне стало известно, что они в течение нескольких последних лет похищали неоднократно денежные средства и имущество завода, — рассказал Шакиров на одном из допросов у следователей (показания были озвучены в суде — прим. ред.). — Юсупзянов и Федотов создали параллельное производство по изготовлению аналогичных инструментов на территории индустриального парка Саба. <…> Полагаю, что „Абри“ создавалось за счёт ресурсов, противоправно вывезенных из КМИЗ, поскольку запустить за короткий срок работу завода невозможно, это сложное производство».
Юсупзянов не скрывает: «Эта компания создавалась не без моей помощи, да. Я её идейный вдохновитель, инициатива моя…». По его словам, идея открыть своё предприятие появилась у него ещё в 2019–2020 годах. В то время КМИЗ был на пике, росли объёмы производства. «Я понимал, что я знаю весь процесс от начала и до конца, потому что я сам внедрял, разрабатывал какие-то моменты», — говорит Юсупзянов. И объясняет прямо: «Думал, что будет как запасной аэродром».
Внутренняя атмосфера в КМИЗе, по его ощущениям, менялась: по его словам, на завод стали брать меньше технологов, инженеров и специалистов, а все больше генеральный директор начал заботиться о проблемах безопасности — так на предприятии появлялись бывшие сотрудники правоохранительных органов. По словам Юсупзянова, ему казалось, что к производственникам на заводе прислушиваться перестали, и уже не видел своего будущего на КМИЗе.
Но почему перед тем, как начать свой бизнес, первый зам Шакирова не уволился? «Мое участие в „Абри“ на том этапе было минимальным — на уровне консультаций, поэтому я не видел необходимости бросать работу, — говорит он. — Я в КМИЗе физически работал, в Казани, как я мог там принимать участие? На производство я мог приехать раз в три месяца, посмотреть, подсказать, что и где можно купить, но все решения они принимали сами. Там работали два оператора, тогда как у меня в цеху на КМИЗе работали 50-60 человек: за чем там было смотреть?».
Ущерба для бывшего работодателя Юсупзянов в своём проекте не видит. ««Абри» — не конкурент КМИЗу, — говорит он. — Да, продукция схожая, но объёмы разные. «. По его словам, до 2024 года в «Абри» производилось 40-50 тыс. изделий в месяц, на КМИЗе — по 700 тысяч. «Ну какая это конкуренция? Это работа ради работы!» — говорит собеседник. Более того, по его словам, у «Абри» и ценник был дешевле в два раза, потому что КМИЗ продает натуральный продукт (алмазные фрезы, сделанные из натурального алмазного порошка), а «Абри» — искусственный.
Что касается инвестиций, то больших вложений производство не потребовало. В Сабах были привлекательные условия по аренде, оплате электроэнергии, готовое здание.
По словам Юсупзянова, компания начала более-менее нормально работать только к концу 2023 года — до этого на производстве в основном шла настройка, случался брак. Так, по данным сервиса «Контур. Фокус», 2022-й год «Абри» закончило с убытком в 3 млн рублей при выручке в 2,3 миллиона. Но, начиная с 2023-го, выручка предприятия увеличивается в 10 раз, до 23 млн рублей, и компания начинает получать прибыль. По итогам прошлого года чистая прибыль «Абри» достигла 12,4 млн рублей.
Увольнением с завода неприятности для Юсупзянова не кончились. В 2025 году (не с первого раза) по заявлению Шакирова на него возбудили уголовное дело. По статье о мошенничестве (ч. 4 ст. 159 УК РФ) ему грозит до 10 лет лишения свободы. По версии следствия и гособвинения, он обманом, подделав подписи, похитил с территории КМИЗа полуавтоматическую покрасочную машину, чем причинил заводу ущерб в 1,5 млн рублей. Уголовное дело рассматривает Приволжский райсуд Казани. Юсупзянова, который находится на свободе, защищают адвокаты Айрат Уразманов и Фанис Шайхаттаров, он свою вину не признает.
История с якобы похищенным станком тесно связана с директором польской компании «Вердент» Михалом Влодарчиком. В Казань он приехал по приглашению КМИЗ, и с 2017 года началось плотное сотрудничество (на фото: Юсупзянов (слева), Влодарчик (второй справа), Федотов (справа)
«Польская рука» в производстве инструментов для маникюра
История с якобы похищенным станком тесно связана с новым героем этой истории — директором польской компании «Вердент» Михалом Влодарчиком. По словам Юсупзянова, он работал по всему миру — продавал станки и медицинские изделия, а также непосредственно комплектовал целые производства «под ключ» в разных странах.
В Польше у Влодарчика было современное производство алмазных фрез, которое заинтересовало казанский завод — это инструменты, которые используются для маникюра. В Казань, по словам Юсупзянова, польский бизнесмен приехал по приглашению КМИЗ (на одном из совместных совещаний они и познакомились), и с 2017 года началось плотное сотрудничество.
Он же рассказывает, что в 2022 году Влодарчик увидел на КМИЗе оборудование для изоляции алмазных головок — полуавтоматический станок для нанесения лака, и захотел его купить. Оригинальность этого станка была в том, что его полностью скопировали местные, «кмизовские» инженеры с немецкого оборудования без потери качества. Поляк решил купить сразу три таких установки, но, по словам Юсупзянова, Шакиров согласился продать только одну.
Расчет был не за наличные: взамен станка Влодарчик обещал скидку в 1 млн рублей на дальнейшее приобретение оборудования заводом из-за границы. Сумма скидки равна сумме стоимости станка, которую определили в 1 млн рублей. На КМИЗе их было несколько, но для Влодарчика собирали отдельный, чтобы не вытаскивать из производства.
Юсупзянов рассказывает, что польский партнёр настаивал именно на трёх экземплярах — он якобы хотел вывезти их в Польшу, а затем в Саудовскую Аравию и там создать предприятие под ключ. Тогда он попросил Юсупзянова скопировать ему этот станок и изготовить ещё два таких — собеседник утверждает, что ему было неважно, у кого именно покупать это оборудование.
«Я прекрасно знал это оборудование, которое купил Влодарчик, и сказал ему — мол, давайте мы соберём [еще два таких же станка]» — рассказывает Юсупзянов.
Документы на вывоз станка с завода с Шакировым, по его словам, согласовали. И вместо Польши станок уехал в Богатые Сабы. Там на одной из промплощадок было скопировано его программное обеспечение, станок разобрали (из-за санкций в Европу запрещено ввозить готовое оборудование из РФ) и передали перевозчикам, которых нанял Влодарчик, чтобы отправить в Польшу.
При этом, по словам Юсупзянова, Влодарчик заплатил фирме 100 тыс. дирхамов ОАЭ (сейчас официально за 1 дирхам дают чуть больше 20 рублей, такая валюта за была выбрана для расчетов из-за сложностей платежей с Европой, к тому же польский партнёр зарегистрировал филиал предприятия в ОАЭ — прим. ред.) за изготовление двух станков, аналогичных вывезенному с КМИЗа.
Второй транш в 200 тыс. дирхамов был заблокирован, и, по словам Юсупзянова, так как полную оплату они не получили, то и делать станки не стали. Тем не менее, деньги Влодарчику он не возвращал: Юсупзянов уверяет, что контракт действует до сих пор, от своих обязательств он не отказывается, а поляк средства назад не требует. И польский бизнесмен подтверждает эту версию: в ответ на запрос адвокатов Юсупзянова он указывает, что его фирма «ищет возможность оплатить оборудование и продолжить работу по данному контракту».
Как же получилось так, что станок в ходе обысков в 2025 году был обнаружен в «Абри»? Это уже другой станок, утверждает Юсупзянов. «Он был куплен в рамках договорных отношений у третьего лица и отличается от приобретённого „Вердентом“ от КМИЗ», — утверждает он.
Тем не менее, сейчас станок находится на территории КМИЗа — его изъяли и передали потерпевшему следователи.
«Тысячи, миллионы Юсупзяновых вокруг нас. И надо бороться с этим явлением всем обществом. Для того, чтобы — как я себе задачу ставил — вечный завод построить, чтобы ни один Юсупзянов не мог его разрушить. Медико-инструментальный завод — это же капля в море. Везде такая картина — везде эти Юсупзяновы верх берут…» — рассуждал владелец КМИЗа на суде
«Как в знаменитом фильме — я считаю, что вор должен сидеть в тюрьме»
На одном из процессов, где присутствовал корреспондент «БИЗНЕС Online», суд допрашивал представителя потерпевшего — им в деле выступает лично Шакиров.
Отвечая на вопросы адвокатов в суде, он уверял, что для вывоза станка был оформлен поддельный пропуск — так, что гендиректор об этом не знал, — по которому станок отправили в Польшу, а по факту она уехала в Богатые Сабы. Как так вышло? По словам Шакирова, он полностью доверял Юсупзянову и Федотову, работу их не перепроверял. На вопросы о многочисленных документах отвечал неоднозначно — бумаг директор завода всегда подписывает много, да и разве упомнишь все после стольких лет?
Защита Юсупзянова уверяет: Шакиров знал о вывозе станка с завода в 2022 году, после этого проходило множество аудитов, которые показывали, что станка нет; есть все документы, подтверждающие, что Влодарчик этот станок получил и взамен предоставил предприятию скидку в 2 млн рублей на доставку швейцарского оборудования (хотя изначально договорились о скидке в 1 млн, но поляк оказался щедрым). Тогда почему же было объявлено о пропаже оборудования?
Защита ссылается на официальные документы. Во-первых, по их словам, есть бумаги, которые подтверждают обоснованность вывоза станка и его оплату: это служебная записка о задвоении и списании одного станка с отражением его в бухучете в виде одного станка вместо двух (Шакировым записка подписана, и он это не отрицает).
Во-вторых, адвокаты ссылаются на письмо Влодарчика от октября 2022-го о вывозе станка. Шакиров отрицает, что подписывал это разрешение, но адвокаты отмечают, что есть экспертиза МВД, которая хоть и не дала чёткого вывода о принадлежности подписи, но выявила, что этот документ находился под другим документом, содержащим слово «Согласовано» и подписью (аналогично резолюции на служебной записки о задвоении станка).
В-третьих, это официальная переписка между КМИЗ и «Вердент» по станку — Влодарчик подтверждает, что станок вывезен им, оплата за него произведена в виде скидки по договорам поставки оборудования в «КМИЗ-Экспорт». При этом защита отмечает, что следствие разграничивает КМИЗ и «КМИЗ-Экспорт», отмечая, что это два отдельных юрлица, и первое скидку в обмен на оборудование не получило (хотя получило второе). Но позиция Юсупзянова такая, что «КМИЗ-Экспорт» есть часть группы компаний КМИЗ, и, если есть оплата за станок в «КМИЗ-Экспорт», то ни о каком хищении речи быть не может.
«Станок вывезен официально с оформлением необходимых документов, которые переданы в бухгалтерию КМИЗ ещё в 2022 году. И якобы выявление факта его утраты (с учетом ежегодной инвентаризации и проверок) только в 2024 году не вызывает ничего кроме недоумения», — указывает защита.
Юсупзянов утверждает, что злосчастный станок — лишь повод. «Основной спор же вышел из-за фирмы „Абри“ в Богатых Сабах — это корень проблемы. Станок — это просто инструмент сведения счетов», — уверен он. Именно с появлением фирмы Юсупзянов связывает своё уголовное преследование. По его мнению, реализация станка шла в рамках хозяйственной деятельности группы компаний КМИЗ и «Вердент», в рамках договоренностей, в которых он не мог принимать решений и, соответственно, никого не мог обмануть.
По словам Юсупзянова, он не единственный выходец с завода, создавший свой бизнес. И предприятие, по его словам, сейчас сталкивается с административными барьерами. Например, некоторые контрагенты перестают с ними работать, чтобы не потерять скидку на КМИЗе (да, у предприятий есть общие контрагенты). По анонимным заявлениям на площадку «Абри» приходят с проверками экологи, и так далее.
Шакиров не скрывает обиды и добавляет, что его позиция «однозначная и очень простая». «Как в знаменитом фильме — я считаю, что вор должен сидеть в тюрьме. И это нужно обществу. Потому что тысячи, миллионы Юсупзяновых вокруг нас. И надо бороться с этим явлением всем обществом. Нам надо очиститься. Для того, чтобы — как я себе задачу ставил — вечный завод построить, чтобы ни один Юсупзянов не мог его разрушить. Медико-инструментальный завод — это же капля в море. Везде такая картина — везде эти Юсупзяновы верх берут…» — рассуждает владелец КМИЗа.
